Николай Некрасов (Музей-квартира в Петербурге)

В 1946 году в Ленинграде открылась Музей-квартира Н. А. Некрасова (Литейный пр., д. 36).

В этой квартире писатель и поэт Николай Алексеевич Некрасов прожил последние двадцать лет своей жизни. В ней он издавал два самый крупных литературных журнала 19 века - "Современник" и "Отечественные записки" и написал все свои самые известные стихотворения и поэмы - "Мороз - Красный нос", "Кому на Руси жить хорошо?" и другие. Дом, в котором находилась квартира, принадлежал первому редактору "Отечественных записок" литератору А. А. Краевскому, у которого Некрасов перекупил права на этот журнал после закрытия "Современника".

По соседству с Некрасовым жили его друзья супруги Панаевы, оба - известные публицисты, писатели и поэты того времени. И. И. Панаев вместе с Некрасовым редактировал "Отечественные записки", писал для этого журнала статьи и привлекал к нему новых авторов. Кроме того, в квартире Некрасова постоянно бывали авторы, пишущие для его журналов, среди которых были практически все самые знаменитые писатели 19 века, такие как Л. Н. Толстой, И. С. Тургенев, А. И. Гончаров, А. Н. Островский. Некоторые из них, например, М. Е. Салтыков-Щедрин и Н. Г. Чернышевский не только приходили к своему редактору в гости, но и работали в его доме, а критик Н. А. Добролюбов даже жил в нем некоторое время. Так что многие их статьи и литературные произведения, в наше время хорошо известными каждому школьнику, были созданы именно здесь, в квартире на Литейном проспекте.

У некрасовской соседки А. Я. Панаевой собирался свой кружок авторов - писательницы и публицистки, участвовавшие в движении за эмансипацию женщин, многие из которых также печатались у Некрасова в журналах. По ее мемуарам и по воспоминаниям других сотрудников этих журналов можно представить себе, какая бурная жизнь постоянно кипела в квартире Некрасова. Его гостиная была центром главных событий в истории русской литературы 19 века. Писатели и публицисты часто собирались там большими компаниями, чтобы обсудить волновавшие их проблемы: судьбу журнала, проблемы с цензурой, политическую и общественную жизнь России, а также собственные литературные произведения. Дом, где жил Некрасов, был свидетелем его дискуссий и споров со своими сотрудниками, в нем произошла и его крупная ссора с Тургеневым, после которой тот ушел из "Отечественных записок", и их примирение, случившееся в конце жизни Некрасова.

Вскоре после окончания Великой Отечественной войны, в квартире Н. А. Некрасова был открыт его мемориальный музей, вошедший в состав Всероссийского музея А. С. Пушкина. В нем были собраны личные вещи писателя, собранная им библиотека, его черновики и готовые рукописи, первые издания его произведений и иллюстрации к ним, выполненные известными художниками того времени. Затем к экспозиции добавились фотографии Некрасова и его портреты, сделанные живописцами И. Н. Крамским и К. Е. Маковским, а также портреты и фотографии сотрудничавших с ним писателей.

В середине 80-х годов музей Некрасова был заметно расширен: в квартире, где жили супруги Панаевы и владелец дома Краевский, тоже восстановили исторические интерьеры и устроили экспозиции, посвященные Некрасову и его журналам. В комнатах Панаева можно познакомиться с историей "Современника", увидеть работы самих Панаевых и их портреты, а также опубликованные в разных изданиях статьи единомышленниц А. Я. Панаевой. А экспозиция в квартире Краевского рассказывает о роли произведений Некрасова в современной культуре - там находятся издания его книг на разных языках мира и иллюстрации к его поэмам, над которыми работали А. Ф. Пахомов, Б. М. Кустодиев, В. А. Серов и другие знаменитые художники.

Кроме того, в музее-квартире Н. А. Некрасова проходят различные культурные мероприятия: встречи с современными писателями и артистами и так называемые "Некрасовские пятницы", на которых выступают исследователи его творчества.


источник: Федеральное агентство по культуре и кинематографии - http://www.rosculture.ru/

... Все они подобны мышам на корабле, открывшим страшную течь и пророчившим гибель всему кораблю. "Помилуйте, страшная течь, - вода мне до самого рыла дошла", - уверяет всех подруг своих крыса, пользующаяся авторитетом и партия мышей решается заблаговременно спасаться вплавь и бросается в море, чтобы показать свой героизм и дальновидную предусмотрительность... Туда им и дорога, конечно.
   История дальновидных мышей несколько раз повторялась в русской литературе, только в обратную сторону. Наши писатели никогда не доходили до того, чтобы броситься в море, проповедуя гибель кораблю (на то они люди, а не мыши); совершенно напротив: во время опасного плавания в открытом море они, увидав на волнах щепочку, брошенную с их корабля, не раз поднимали радостный вопль, что берег близко... Кто раньше подымал этот крик, тот и привлекал к себе общее благодарное внимание; кто прибавлял тут же полезные советы, как избавиться прибрежных мелей и подводных камней, - на того смотрели с благоговением, а кто наставлял плавателей, как им воспользоваться всем, что найдут на предполагаемом берегу, тот мгновенно приобретал себе титло гения и великого человека.
   На нашу долю ни разу, кажется, не выпало подобного удовольствия и чести, и вследствие того мы подверглись многим нареканиям... В самом деле, для многих должен был показаться странным холодный и насмешливый тон, обращенный на те предметы, которые в большинстве возбуждают неистовый восторг и благоговейное поклонение. Уже несколько лет все наши журналы и газеты трубят, что мгновенно, как бы по мановению волшебства, Россия вскочила со сна и во всю мочь понеслась по дороге прогресса, так, что ее теперь даже с собаками не догонишь... Несколько лет уже каждая статейка, претендующая на современное значение, непременно начинается у нас словами: "В настоящее время, когда поднято столько общественных вопросов" 5 и т. д., следует изложение вопросов. Несколько лет уже русская литература льстила обществу, уверяя, что в нем теперь пробудилось самосознание, раскаяние в своих пороках, стремление к совершенствованию; а русское общество похваливало литературу за то, что она так старается вызолотить горькие пилюли, которые наконец заставила его принимать прошедшая его жизнь...