Образ русской женщины в творчестве Некрасова (По поэмам «Мороз», «Красный нос», «Русские женщины»)

Красавица миру на диво,
Румяна, стройна, высока,
Во всякой одежде красива,
Ко всякой работе ловка.
Н. А. Некрасов

"Величавая славянка" стала героиней многих стихотворений и поэм Н. А. Некрасова; все они проникнуты глубоким состраданием к ее судьбе. Поэт страдает вместе с ней и от непосильной работы, и от моральных унижений. Однако нельзя сказать, что русская женщина предстает в стихах Некрасова только лишь в образе замученной работой крестьянки, на судьбе которой отразились все социальные противоречия страны. Есть в поэзии Некрасова и другой тип женщины, в котором воплотились народные представления о настоящей красавице, крепко сложенной, румяной, живой, трудолюбивой. Некрасов обращает внимание на внутреннюю красоту, душевное богатство русской крестьянки:

Есть женщины в русских селеньях
С спокойною важностью лиц,
С красивою силой в движеньях,
С походкой, со взглядом цариц.

В образе русской женщины Некрасов воспевает стойкость, гордость, достоинство, заботу о семье, о детях.

Наиболее полно этот тип был раскрыт Некрасовым в поэме "Кому на Руси жить хорошо" в образе Матрены Корчагиной.

Одна из частей названа "Крестьянка", в которой Матрена сама рассказывает о своей судьбе. В этом рассказе отразились все жизненные тяготы русской женщины: разлука с мужем, вечные унижения, страдания матери, потерявшей сына, пожары, падеж скота, неурожай. Однако эти испытания не сломили ее духа, она сохранила свое человеческое достоинство.

Образ Матрены Тимофеевны дан в поэме в динамике, в развитии. Так, например, в истории с Демушкой она вначале, в порыве отчаяния, готова все стерпеть: И тут я покорилася,
Я в ноги поклонилася...

Характер героини закаляется именно в этих тяжких испытаниях. Это — женщина большого ума, самоотверженная, волевая, решительная. В характеристике Матрены широко используются фольклорные жанры: песни, плачи, причитания. Они помогают выразить боль и тоску, ярче показать горькую жизнь Матрены Тимофеевны.

В ее речи наблюдаются фольклорные особенности: повторы, постоянные эпитеты, восклицательные формы, обращения, обилие уменьшительно-ласкательных слов. Эти особенности делают речь Матрены неповторимо индивидуальной, придают ей особую живость, эмоциональность. Это образ крестьянки не только сильной духом, но и одаренной, талантливой.

Рассказ Матрены о своей жизни — это рассказ о судьбе любой крестьянки, многострадальной русской женщины. Сама глава названа не ее именем, а "Крестьянка". Этим подчеркивается, что судьба Матрены вовсе не исключение из правил, а типичная судьба миллионов русских крестьянок.

Описывая тип "величавой славянки", Некрасов находит таких женщин не только в крестьянской среде. Лучшие душевные качества — сила воли, умение любить, верность — роднят Матрену с героинями поэмы "Русские женщины".

Произведение это состоит из двух частей: первая посвящена княгине Трубецкой, а вторая — княгине Волконской.

Княгиню Трубецкую Некрасов показывает как бы со стороны, рисует внешние трудности, встретившиеся на ее пути. Недаром центральное место в этой части занимает сцена с губернатором, пугающим княгиню ожидающими ее лишениями:

Острожным жестким сухарем
И жизнью взаперти,
Позором, ужасом, трудом
Этапного пути...

Все доводы губернатора о тяготах жизни в Сибири мельчают и теряют свою силу перед мужеством героини, ее горячей готовностью быть верной своему долгу. Служение высшей цели, исполнение святого долга для нее выше всего сугубо личного:

Но знаю: к родине любовь
Соперница моя...

Повествование во второй части поэмы ведется от первого лица — от лица княгини Волконской. Благодаря этому яснее понимаешь глубину страданий, которые перенесла героиня. В этой части также есть спор, по напряжению равный разговору губернатора и Трубецкой:

- Ты всех безрассудно бросаешь,
За что же?
— Я долг исполняю, отец.

При этом подчеркивается предначертанность судьбы героини:

Делить с ним радость,
Делить и тюрьму
Должна я, так небу угодно!

Описание декабристов сходно с описанием христианских мучеников и самого Христа:

Не покажусь я палачу
Свободных и святых.
И я полюбила его, как Христа,
В своей арестантской одежде
Теперь он бессменно стоит предо мной,
Величием кротким сияя.
Терновый венец над его головой,
Во взоре — любовь неземная...

Поступок жен декабристов окрашен в возвышенно-религиозные тона.

Замена первоначального названия "Декабристки" на "Русские женщины" подчеркнула, что героизм, сила духа, нравственная красота присущи русской женщине испокон веков.

Надо отдать должное Н. А. Некрасову, который сумел создать в русской литературе такой замечательный образ женщины, верной долгу, которая поражает своей цельностью.

Некрасов показал, что образ "величавой славянки" не принадлежит одному социальному слою. Этот тип женщин — всенароден, его можно встретить и в крестьянской избе, и в великосветской гостиной, поскольку главная составляющая его — духовная красота.

... В подтверждение разбирались существенные черты двух великих художников, наиболее подвергавшихся упреку в безнравственности их творчества, Байрона и Занда, и посильно доказывалось, что Байрон грешен не безнравственностью, а односторонностью — хотя по самой мощности своей односторонности составляет необходимую, неотъемлемую часть достояния человеческого духа, что Занд, величайший сердцеведец везде, где она творила непосредственно,— слаба там, где она приносила жертвы каким-либо теориям, как бы увлекательны эти теории ни были 4. В основе, так сказать, на дне всего рассуждения, лежала вера в искусство, как в высшее из земных откровений бесконечного. Этою верою мое воззрение (я называю его моим, конечно, потому только, что в него верую и его всегда излагаю) отделялось и отделяется как от воззрения поклонников чистого искусства, искусства для искусства, так и от воззрения теоретиков, для которых искусство дорого только как слепое отражение последних, крайних и, стало быть, по вере в прогресс,— единственно истинных результатов жизни. Я приписывал и приписываю искусству предугадывающие, предусматривающие, предопределяющие жизнь силы, и притом не инстинктивно только чуткие, а разумно чуткие,— органическую связь с жизнию и первенство между органами ее выражения. В "искусстве для искусства" я не видел, да и до сих пор видеть не могу ничего, кроме праздной игры в слова, звуки или краски; в искусстве, рабски отражающем жизнь без осмысления ее разумным (но не рассудочным) светом,— ничего, кроме ненужного и бледного повторения жизни, к которому — и притом только к которому — прямо относится известное положение г. Чернышевского, что красавица нарисованная никогда не может быть так хороша, как настоящая, и что яблоко на картине никогда не может быть вкусно, как яблоко на яблоне.....