«Заметки о журналах (1855-1856)»

   Затем автор начинает посещать бастионы. Описание их подробно и, должно думать, верно; но после художественного описания 4-го бастиона в статье Л. Н. Т. "Севастополь в декабре месяце" оно показалось бы читателям "Современника" несколько бледным, и потому мы его пропускаем, повторив только следующие слова г. Б.: "О, если б написать историю этих бастионов, не вычеркивая ни одного дня, не стирая ни одной черты, сколько умиляющего, поучительного, исторгающего слезы было бы на ее страницах!" Но мы думаем, что читателю, верно, будет любопытно взглянуть во внутренность мины. Вот как автор спускался туда. Он пошел с одним офицером, нагнувшись, сперва в полусвете, потом в совершенных потьмах. Когда слышно было, что кто-то идет навстречу, кричали "Держи налево" или "направо", чтобы не столкнуться. Но было так узко, что всегда задевали друг друга. Наконец автор устал и пополз на руках и коленях. Товарищ отделился от него далеко, ему был слышен только его голос: "Держи налево, направо!.." — вдруг автор почувствовал под руками воду: надо было встать. Мина шла _у_же и _у_же. Сперва он ощупывал по бокам доски и столбы, но потом всё это кончилось: пошел голый земляной коридор. Тягостное чувство испытывает непривычный человек под этими тесными сводами, что-то сдавливающее, удушающее. Автор дошел до того места мины, где наша галерея сошлась с неприятельскою. Тут зажжен фонарь и сидят на полу солдаты. Автор видел неприятельские работы. Их мины немного шире, больше нет никакой разницы. Говорят, встретясь с нами, они бросили копать и ушли. Тут поставлена большая воронка с порохом и засыпана землей. Отдохнув, поворотили назад. Хотелось скорее вылезть из этого длинного гроба. В конце, уже близко к выходу, товарищ пригласил автора зайти к штабс-капитану Мельникову, заведывающему минными работами, в его нишь, которая устроена тут же в мине. Из гроба автор очутился в довольно порядочной комнате, увешанной коврами. Посреди стоял столик и кипел самовар. Но стенам шли земляные диваны, тоже покрытые коврами. Подле одной стены была печь, ростом с человека, не доходившая до потолка. На ней, сверху, лежали разные тетради, бумаги, чертежи и — "Мертвые души"...
   Хозяин и вместе создатель этой комнаты, — молодой человек, украшенный георгиевским крестом, — прозван в шутку моряками "обер-крот".
   Автору показывали также церковь, устроенную в каземате. В большой мрачной комнате, уставленной ружьями, заваленной амуницией, сияла лампадами одна небольшая частица стенки, покрытая образами, — это был иконостас бастионной церкви. Бомба пробила в одном месте потолок, но, не повредив ничего, даже не ранила никого из солдат, находящихся тут постоянно. Всех их человек десять. Здесь говела на первой неделе команда бастиона. Бомбы и ракеты вообще не разбирают, куда опускаться. Так, однажды автор спал в своем нумере, как вдруг над домом разразился удар. Раздался взрыв, подобный взрыву бомбы, полетели жужжащие верешки и зазвенели стекла.