Славься, славься, государыня! Славься, Панин! Славься, воинство! * * * Не грусти, мой свет! Мне грустно и самой,..
"К тому все и шло", -- подумали оба. Для Блена это была единственная возможность прояснить ситуацию, а для Гредзинс..
Затем я спросил, где дом вдовы раввина, и мне его показали. Я вошел во двор, в один из тех дворов, при виде которых у вас возникает сомнение, живет ли здесь кто-нибудь вооб..
«Петербургский ростовщик», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Забракованные», закладка на странице 10 (прочитано 19%)
«Драматический отрывок без заглавия», закладка на странице 10 (прочитано 75%)
«Шила в мешке не утаишь - девушки под замком не удержишь», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Вот что значит влюбиться в актрису!», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Дедушкины попугаи», закладка на странице 10 (прочитано 47%)
«Материнское благословение, или Бедность и честь», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Кольцо маркизы, или Ночь в хлопотах», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Похождения Петра Степанова сына Столбикова», закладка на странице 10 (прочитано 11%)
«Волшебное Кокорику, или Бабушкина курочка», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Литературная критика 1841-1846 гг.», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
«Театральная критика (1840-1849)», закладка на странице 10 (прочитано 9%)
«Литературная критика. Библиография. (1847—1869)», закладка на странице 10 (прочитано 5%)
«Заметки о журналах (1855-1856)», закладка на странице 10 (прочитано 4%)
«Три страны света», закладка на странице 1 (прочитано 0%)
Николай Алексеевич Некрасов
Было бы, однако, ошибкой всецело основывать на этой оценке суждение о романе. Известно и другое высказывание писателя. По воспоминаниям Н. Г. Чернышевского, в романе не было "ничего такого, что казалось бы впоследствии Некрасову дурным с нравственной или общественной точки зрения" (Чернышевский, т. I, с. 749) {Чернышевский мог слышать эти слова в годы своего сотрудничества в "Современнике" — между 1853 и 1862 гг. Наиболее вероятным поводом для высказывания Некрасова можно считать появление резкой статьи в "Сыне отечества" (1856, No 2) (см. ниже, с. 339).}. Несмотря на уступки цензуре, торопливость в работе и журнально-коммерческие расчеты, роман носил несомненный отпечаток передовых идей своего времени.
"Три страны света" прежде всего роман-путешествие. Странствования Каютина по России — от Новой Земли до Каспия, от Нижегородской губернии до русских владений в Америке — образуют сюжетную канву произведения. Подобный замысел был созвучен мыслям Белинского, писавшего в предисловии к "Физиологии Петербурга" (1845): "У нас совсем нет беллетристических произведений, которые бы в форме путешествий, поездок, очерков, рассказов, описаний знакомили с различными частями беспредельной и разнообразной России, которая заключает в себе столько климатов, столько народов и племен, столько вер и обычаев <...> Сколько материалов представляет собою для сочинений такого рода огромная Россия!" (Белинский, т. VIII, с. 376—377). Некрасов отозвался на этот призыв романом, целью которого было "показать на деле ту часто повторяемую истину, что отечество наше велико, обильно и разнообразно и представляет для путешественника не менее любопытных в своем роде и достойных изучения предметов, как Англия, Франция и т. под.; другими словами: возбудить в соотечественниках желание путешествовать по России и изучать ее" (ПСС, т. X, с. 40).
Главным героем романа выступает молодой дворянин, обратившийся к промышленной деятельности. Выбор героя отвечает идее, которую в кругу друзей незадолго до смерти развивал Белинский: "...внутренний прогресс гражданского развития в России начнется не прежде, как с той минуты, когда русское дворянство обратится в буржуази" (Белинский, т. XII, с. 468) {См. об этом: Чуковский К. Тема денег в творчестве Некрасова.— В кн.: Чуковский К. Люди и книги. 2-е изд. М., 1960, с. 289—290; ср.: Евгеньев-Максимов, т. II, с. 127—130.}
Руководитель Каютина в странствованиях и промыслах — Антип Хребтов — уникальная фигура не только в романе, но и во ваш прозе Некрасова. Это идеальный тип мужика, каким его представлял себе Некрасов: трудолюбие, смекалка, отвага, скромность, сообщительность, добродушный юмор. В характеристике Хребтова выразились одновременно и некрасовское народолюбие, {См. об этом: Семенов И. А. Фольклор в художественной прозе Некрасова 40-х годов.— Вicник Киiвського держ. ун-ту iv. Т. Шевченко, 1959, No 2, сер.
... Он решился воспользоваться ею не только потому, что долг всякого военачальника пользоваться ошибками противника, но и по необходимости. Область, которую изнуряли войска его, расположенные на кантонирских квартирах в течение двух месяцев, и область, столько же времени изнуряемая войсками нашими по тем же причинам и в которую он намеревался вторгнуться, не представляли никакого средства к пропитанию. Надлежало иметь заранее строенные магазины, а эти магазины, как я выше сказал, устроены нами только в Кёнигсберге. Разумеется, что Наполеон немедленно определил в мысли своей город этот предметом своего действия, тогда как мы забыли даже оставить в нем достаточный гарнизон для охранения его от наскока самой малочисленной партии гусар неприятельской армии.
Но, чтобы овладеть Кёнигсбергом, не подвергая себя той же самой опасности, в коей находился Беннингсен во время зимней кампании, надлежало выбить армию нашу из гейльсбергских укреплений и отбросить ее на правый берег Алле; средство это не было упущено из виду. Французская армия, перейдя чрез Пассаргу, подходила к Гейльсбергу, обнимая левым крылом своим наше правое крыло. Тогда только Беннингсен вспомнил о Кёнигсберге. Три способа представлялись ему к сохранению, хотя на некоторое время, Кёнигсберга: один в отражении Наполеона от гейльсбергских укреплений, разбитии его армии и преследовании ее за Пассаргу и далее к Висле; другой - в перемещении всей армии нашей к Фриш-Гафскому заливу, не принимая сражения под Гейльсбергом (движение, тогда уже опасное и от смежности с неприятелем почти невозможное; к тому же если б оно и удалось, то снова подвергло бы армию нашу тому бедственному положению, в коем находилась она во время зимней кампании); наконец, третий - в направлении прямо в Кёнигсберг вместо всей армии некоторой части оной. Беннингсен избрал последний, тем более что и самое положение дел сему способствовало. Прусский корпус Лестока, действовавший на нижней Пассарге у Спандена, был отрезан от нашей армии движением левого крыла французской армии от Эльдитена к Гутштадту. То же произошло и с русским отрядом графа Каменского, возвращавшегося из-под Данцига после неудачной попытки пробиться в эту крепость прежде покорения ее французами...